Русская литература XIX в.

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

XIX век по праву называют золотым веком русской литературы. Озаренная гением А. С. Пушкина и Н. В. Гоголя, И. С. Тургенева и Ф. М. Достоевского, Л. Н. Толстого и А. П. Чехова, блеском таланта целого созвездия крупнейших писателей, русская литература стремительно прошла большой путь, выдвинулась в число величайших литератур мира и оказала заметное влияние на художественную культуру всего человечества. Она стала средоточием духовной жизни русского общества, его совестью, защитницей интересов угнетенного, страдающего народа.

Как и на Западе, основными направлениями в русской литературе XIX в. были романтизм и критический реализм. Однако возникли они в иных общественно-исторических условиях, получили во многом иное идеологическое наполнение и были глубоко оригинальны. Романтизм и реализм в России в большей мере были связаны с идейным наследием и литературными направлениями XVIII в., теснее и активнее взаимодействовали между собой, рождали множество смешанных, переходных, промежуточных форм.

Беспокойный, мятежный характер романтического искусства как нельзя лучше отвечал атмосфере общенационального подъема, жажде обновления и преобразования жизни, пробудившихся в русском обществе после окончания Отечественной войны 1812 г. В стране началось освободительное движение, сформировалось целое поколение борцов-революционеров. Это были «первенцы свободы» — декабристы, лучшие люди из дворян, выступившие против «самовластья» и деспотизма.

Первоначально — еще в первое десятилетие XIX в. — романтические настроения нашли свое выражение в поэзии В. А. Жуковского и К. Н. Батюшкова. В задушевно-мечтательной лирике и балладах Жуковского, по большей части переводных, в изящных элегиях и дружеских посланиях Батюшкова с их поэтизацией частной жизни оформилась основная тема литературы романтизма: противостояние личности и общества, неудовлетворенность сущим и стремление уйти от него в какой‑то иной, лучший мир — фантастического предания (Жуковский), условной, эстетизированной античности (Батюшков), в мир собственной души.

В дальнейшем художественные принципы этих зачинателей русского романтизма получат свое продолжение и развитие в лирике Д. В. Давыдова, П. А. Вяземского, А. А. Дельвига, Е. А. Баратынского, Н. М. Языкова, а также в юношеском творчестве А. С. Пушкина. В их стихах выразилась противоречивость и драматическая напряженность внутреннего мира незаурядной, независимой личности, враждебной официальным сферам. Культ наслаждения, упоение личной свободой (гусарские стихи Давыдова, студенческие песни Языкова, дружеские послания Вяземского и юного Пушкина) уживаются в их творчестве с жалобами на жизнь, с настроениями печали, уныния, безнадежности. Особенно глубоко и последовательно трагическая сторона позиции гордого одиночества запечатлена в поэзии Баратынского. Неизбежность утрат, охлаждение души, вечные противоречия человеческой психики — главные темы его лирики.

Напротив, в художественном творчестве писателей-декабристов: К. Ф. Рылеева, В. К. Кюхельбекера, А. А. Бестужева-Марлинского, А. И. Одоевского и других — центром внимания была не судьба личности, но судьба нации, не личное благо, но благо общественное. Романтизм декабристов носил революционно-гражданский характер, их произведения звали на подвиг, славили радость борьбы за свободу. Декабристы считали, что главная задача искусства — воспитание подлинных граждан. Им был близок художественный опыт классицизма с его прославлением гражданских доблестей, установкой на торжественно-патетическую речь, тяготением к возвышенно-героическим жанрам. Однако накал их гражданских чувств был несравненно более сильным. В служении общему благу, в гибели за Отчизну видели они высшее счастье. Пламенная жажда свободы, жгучая ненависть к тирании рождают страстный лиризм декабристской поэзии. Именно этой своей стороной сближается она с романтизмом.

Центральной фигурой романтического движения в преддекабристскую эпоху был А. С. Пушкин. В его лирике («Погасло дневное светило», «Узник», «К морю» и др.)» в его южных поэмах («Кавказский пленник», «Братья-разбойники», «Бахчисарайский фонтан», «Цыганы») наиболее полно и ярко воплотился образ героя-индивидуалиста, разочарованного и одинокого, недовольного жизнью и рвущегося к свободе. И характер демонического бунтаря, и сам жанр романтической поэмы сложились в творчестве Пушкина под непосредственным влиянием Байрона. Пушкин создал, однако, оригинальный, русский вариант романтической поэмы, оказавший огромное воздействие на отечественную литературу. Постепенно разочарование в духовно-нравственном облике героя-индивидуалиста, в возможности личности, даже самой выдающейся, направить по своему произволу ход исторических событий стимулировало переход Пушкина на позиции реализма.

Новые черты и свойства проявились в русском романтизме последекабристской поры. С одной стороны, усилившееся стремление к коренному изменению жизни, а с другой, видимая неразрешимость общественных противоречий, неясность путей исторического развития, невозможность прямой политической деятельности в эпоху господства реакции — все это побуждало к нравственно-философским раздумьям, сосредоточенному размышлению о мире, человеке, истории.

Дух самоанализа, философских исканий сказался как в произведениях писателей, вступивших в литературу задолго до событий 14 декабря 1825 г. (с особой силой в поздней лирике Баратынского), так и в творчестве поэтов нового поколения: М. Ю. Лермонтова, А. И. Полежаева, Н. П. Огарева, продолживших традиции гражданского романтизма. Более того, в рамках романтического направления складывается особое течение философского романтизма: группа так называемых поэтов-любомудров (Д. В. Веневитинов, А. С. Хомяков, С. П. Шевырев), творчество талантливого и своеобразного прозаика А. Ф. Одоевского, гениального русского лирика Ф. И. Тютчева.

Все больше заявляет о себе романтическая проза. Широкую известность получают повести писателя-декабриста А. А. Бестужева-Марлинского, исторические романы М. Н. Загоскина; позднее, уже в 1840‑е гг., выходит итоговая книга В. Ф. Одоевского «Русские ночи», принадлежащая к числу замечательных явлений русского романтизма. В романтическом духе выдержаны ранние произведения Н. В. Гоголя: «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Тарас Бульба», «Вий». Единство украинского народа, общность, душевная красота и поэтичность простых людей, живущих в согласии с природой, выступают в них как романтическая противоположность ненормальному, обособленному существованию человека в современном цивилизованном обществе, захваченном духом эгоизма, корысти и приобретательства.

Наиболее ярким и полным воплощением романтических умонастроений 1830‑х гг. стало творчество М. Ю. Лермонтова. В его лирике, драме «Маскарад», в «Песне про … купца Калашникова», поэмах «Демон» и «Мцыри» глубоко раскрыта трагедия одинокой личности, бросившей вызов целому миру и переживающей непрестанные внутренние борения. Основное противоречие романтического искусства — противоречие между идеалом и действительностью — достигает у Лермонтова предельного напряжения и невиданной остроты.

На протяжении 1820–1830 гг. набирает силу новое литературное направление, получившее впоследствии наименование реализма. На первых порах противостояние романтизма и реализма не исключало их взаимодействия, их взаимопроникновения, причем даже в творчестве одного писателя. Лишь в 1840‑е гг. борьба между ними обостряется, романтизм оказывается оттесненным на второй план и фактически сходит со сцены.

Однако традиции романтизма долго еще отзываются в русской литературе: в лирике А. А. Фета, А. Н. Майкова, Я. П. Полонского, А. К. Толстого и других поэтов, причастных школе так называемого «чистого искусства», а позднее — в произведениях молодого М. Горького, в поэзии символистов.

У истоков реализма в русской литературе стоят И. А. Крылов-баснописец и А. С. Грибоедов — автор бессмертной комедии «Горе от ума», проникнутой «глубокою истиною русской действительности» (Белинский). Но подлинным первооткрывателем «поэзии действительности» по праву считается А. С. Пушкин — создатель «Евгения Онегина» и «Бориса Годунова», «Повестей Белкина», «Дубровского» и «Медного всадника», «Пиковой дамы» и «Капитанской дочки». В его творчестве оказалась преодоленной грань между «высокими», «поэтическими» и «низменными» сферами бытия, утвердился взгляд на общество как на исторически сложившуюся целостность, подчиненную объективным, не зависящим от человека законам. Под пером Пушкина-реалиста русская старина и русская современность предстали в неисчерпаемом многообразии, в столкновении противоборствующих сил, богатстве и сложности характеров, национально-исторических типов: «лишнего» человека (Онегин), решительной, страстной и самоотверженной женской натуры (Татьяна), «маленького человека» (Самсон Вырин), вождя крестьянского восстания (Пугачев), эгоистического индивидуума, всеми силами стремящегося к самоутверждению и обогащению (Германн). Творчество Пушкина заложило основы развития пути русской литературы XIX в.

Вслед за Пушкиным к реализму приходят М. Ю. Лермонтов, углубивший в «Герое нашего времени» принципы психологического раскрытия личности, и Н. В. Гоголь, обнаживший в «Ревизоре», «Шинели», «Мертвых душах» трагикомическую сторону повседневного, будничного существования, усиливший обличительно-критическое начало нового художественного метода. Творчество Гоголя стало знаменем натуральной школы — первого объединения писателей-реалистов, сложившегося в 1840‑е гг. (см. Натурализм).

Признанным вождем натуральной школы, объявившей открытую войну романтизму, стал В. Г. Белинский, который сыграл важнейшую роль в создании теории реализма, обосновании его эстетических принципов. Сплотившиеся вокруг Белинского молодые писатели поставили своей, задачей возможно

более точное, непосредственное воссоздание повседневной жизни обыкновенных людей — со всеми её мелочами, подробностями, прозаическими, темными сторонами. Старательно и добросовестно изучая действительность, они открывали в своих рассказах, повестях, очерках такие её грани, каких почти не знала прежняя литература: своеобразие быта, особенности речи, душевного склада крестьян, мелких чиновников, городской бедноты, обитателей петербургских «углов». Лучшие произведения писателей, составивших натуральную школу, — «Записки охотника» И. С. Тургенева, «Бедные люди» Ф. М. Достоевского, «Сорока-воровка» и «Кто виноват?» А. И. Герцена, «Обыкновенная история» И. А. Гончарова, «Деревня» и «Антон-Горемыка» Д. В. Григоровича — подготовили расцвет реализма в русской литературе второй половины XIX в.

Середина 1850‑х гг. — начало нового общественного подъема, время подготовки крестьянской реформы, вокруг которой сразу же развернулась острейшая идейная и литературная борьба. Осуществленное в феврале 1861 г. «освобождение» крестьян, означавшее, что Россия ступила, наконец, на путь буржуазных преобразований, лишь подлило масла в огонь, возбудило горячие, страстные споры о судьбе народа, о перспективах развития России. В стране сложилась революционная ситуация, с новой силой вспыхнуло освободительное движение, во главе которого стояли теперь революционеры-разночинцы. Вождями русской революционной демократии были Н. Г. Чернышевский и Н. А. Добролюбов — сторонники крестьянской революции, звавшие Русь «к топору», а их главным печатным органом — редактировавшийся Н. А. Некрасовым журнал «Современник». Публицистическая и литературно-крититическая деятельность Чернышевского и Добролюбова способствовала проникновению передовых, освободительных идей в русскую литературу, чутко откликавшуюся на важнейшие запросы и потребности общественной жизни.

В раскаленной атмосфере всеобщего возбуждения, в идейных разногласиях и спорах русскими писателями-реалистами было создано на протяжении 1860–1870‑х гг. небывалое количество выдающихся, крупномасштабных художественных произведений, таких, как «Обломов» и «Обрыв» И. А. Гончарова, «Гроза» и «Бесприданница» А. Н. Островского, цикл романов И. С. Тургенева, «Что делать?» Н. Г. Чернышевского, «Былое и думы» А. И. Герцена, «История одного города» и «Господа Головлевы» М. Е. Салтыкова-Щедрина, «Преступление и наказание», «Идиот», «Братья Карамазовы» Ф. М. Достоевского, «Война и мир» и «Анна Каренина» Л. Н. Толстого, «Кому на Руси жить хорошо» Н. А. Некрасова, составивших в своей совокупности грандиозную панораму жизни России во второй половине XIX столетия. В этих произведениях — в полном смысле слова классических — ярко проявились характерные черты русской литературы: бескомпромиссное стремление к правде, высокая идейность и гражданственность, народность. Тогда же окончательно сложился сам тип общественно-психологического романа, ставшего ведущим жанром русской литературы.

В противоположность романтикам, утверждавшим независимость личности от общества, писатели-реалисты изображали человека в многообразных связях с окружающим миром, в его социально-бытовой и психологической конкретности, создавая подчас иллюзию подлинности, достоверности. Они стремились выявить наиболее существенные стороны жизни, воплотить важнейшие коллизии и антагонизм эпохи, представить наиболее типичные общественно-психологические характеры, запечатлеть непрестанные изменения исторической действительности.

По большей части писатели-реалисты показывали человека в конфликте со средой, рассматривали его как жертву несправедливого и ненормального общественного устройства (недаром реализм XIX в. называют критическим). Вместе с тем в той же самой действительности они видели иные стороны, отвечавшие их идеалам, питавшие их надежды на лучшее будущее, их положительную программу (поэзия «дворянских гнезд» в романах и повестях Тургенева, верность патриархальным традициям в творчестве Л. Толстого, духовное величие русского народа в поэзии Некрасова и т. п.). Русский реализм, следовательно, был не только критическим, но и утверждающим.

Вообще, задача художественно-аналитического исследования современности, первостепенная для реалистов на Западе, была подчинена в русском реализме (сближавшемся в этом отношении с романтизмом) задаче преображения мира и человека. Изучение жизни и её законов выступило с этой точки зрения как необходимое условие, как предпосылка грядущего обновления — социального и нравственного. Лучшие герои русской литературы ощущают себя непосредственными участниками исторического движения, им свойственно чувство личной ответственности за судьбы Родины, всего человечества, они испытывают потребность в активном, практическом действии. Отсюда — тяготение русских писателей-классиков к постановке общенациональных, общечеловеческих проблем, особое внимание к идейным спорам и мировоззренческим конфликтам, духовным исканиям и самоопределению личности, обостренный интерес к глубинам человеческой психики, противоречиям сознания, возможностям, таящимся в природе человека. В отличие от западноевропейского, русский критический реализм сохраняет значение господствующего литературного направления вплоть до конца XIX столетия. Однако его облик постепенно изменяется. Эволюционирует творчество корифеев-«шестидесятников» (М. Е. Салтыкова-Щедрина, Л. Н. Толстого), являются все новые поколения писателей: в 1860‑е гг. — Н. С. Лесков и Г. И. Успенский, в 1880‑е гг. — В. Г. Короленко, В. М. Гаршин, А. П. Чехов, еще позже, в самом конце века, — М. Горький, И. А. Бунин, А. И. Куприн, Л. Н. Андреев. Изменяется и общественная ситуация в стране, духовно-нравственный климат эпохи.

Революционная ситуация 1859–1861 и 1869–1879 гг. сменяется периодом реакции. Возникает настроение разочарования, уныния, пессимизма. Реформы не принесли благотворных перемен, не облегчили страданий народа; после убийства народовольцами Александра II снова наступила полоса реакции. Вместе с тем в воздухе пахло грозой, назревали новые, грандиозные социально-исторические потрясения и сдвиги.

Писателям, вступившим в литературу в 1880‑е гг., явственна тоска по «общей идее», тяга к переоценке идейного наследия минувшей эпохи. Им свойственно пристальное внимание к «мелочам жизни», стремление разобраться в хаотической путанице и видимой бессмыслице современной действительности. В своих произведениях, преимущественно малых жанров (роман в это время отходит на второй план), они стремятся воссоздать тревожную атмосферу всеобщего неблагополучия, определить степень готовности рядовых людей из самых разных слоев общества к духовно-нравственному пробуждению, личностному самосознанию. Проникнутое ощущением, что «больше жить так невозможно» (Чехов), возвышенно-романтическими предчувствиями какой‑то иной, лучшей жизни, их творчество стало предвестием литературы нового, XX столетия.