Политический театр

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Термин «Политический театр» появился в 1929 г., когда один из крупнейших режиссеров нашего века — Эрвин Пискатор (1893—1966) в книге под таким же названием проанализировал свою режиссерскую практику 20-х гг. Будучи коммунистом, Пискатор не просто утверждал наличие связи между политикой и искусством, но и выдвинул куда более сложную задачу: театр должен призывать трудящихся к борьбе за освобождение от власти капитала, раскрывать на своей сцене неизбежность революции. Политический театр Пискатора был моделью такого театра, который, опираясь на марксистский анализ, исследовал социальные конфликты, их природу, становление и разрешение, способствовал пониманию характеров людей и их взаимодействия в общественном процессе.

В 1920 г. Пискатор создал в Берлине полупрофессиональный «Пролетарский театр», выступавший с агитационными пьесами. В 1925 г. по поручению Коммунистической партии Германии он поставил большое политическое обозрение «Вопреки всему» — о развитии революционного движения, вплоть до убийства Карла Либкнехта и Розы Люксембург. Убедительность и достоверность спектаклю придавали кинокадры. Затем Пискатор был приглашен в берлинский театр «Фольксбюне» («Народная сцена»), где поставил ряд спектаклей о революционном движении (в том числе написанных на документальной основе), что привело его к конфликту с руководством театра. В 1927 г. режиссер получил возможность открыть собственный театр на Ноллендорф-плац. Здесь раскрылись подлинный талант и истинная революционность Пискатора-режиссера, в частности в таких постановках, как инсценировка «Бравого солдата Швейка» Я. Гашека, «Заговор императрицы» А. Н. Толстого, поставленный в честь 10-й годовщины Октября под названием «Распутин, Романовы, война и восставший против них народ».

Пискатор не располагал тогда необходимой для его замысла драматургией, поэтому ему приходилось со своими помощниками, в их числе был и Б. Брехт, переделывать пьесы или прозаические произведения. Чтобы резче подчеркнуть свои политические и художественные цели, Пискатор прибегал к необычайно сложной и по тем временам истинно новаторской машинерии сцены: сложнейшим конструкциям, вмонтированным в планшет сцены конвейерным лентам — и, главное, широко использовал кино; для его постановок специально создавались фильмы. Власти быстро распознали опасность творчества режиссера для буржуазно-республиканского правительства и, пользуясь средствами финансового давления, вынудили признать Пискатора банкротом. В 1933 г. режиссер эмигрировал из страны. Но относительно небольшое число созданных им спектаклей прочно вошло в историю мирового театрального искусства.

Понятие «политический театр» имеет второй, более широкий смысл. Под ним понимают такие произведения театрального искусства, которые помогают обществу в решении «самого существенного» в политике: в «устройстве государственной власти» (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 23, с. 239).

С этой точки зрения многие спектакли, начиная с первой из дошедших до нас античных трагедий — «Персы» Эсхила, окажутся произведениями политическими. При этом под ними можно и должно понимать не обязательно спектакли, содержанием которых является собственно политическое событие. Определенная историческая ситуация создает такое социальное настроение в обществе, когда подчас произведения искусства, не связанные, казалось бы, никак с политикой, способны сыграть истинно революционную роль.

Драматургические жанры политического театра разнообразны: от летучей «агитки» до трагедии. Они могут выполнять как стратегические, так и тактические функции в конкретной исторической ситуации. Драматургом стратегического политического театра был Брехт; тактическими произведениями были многочисленные агитпропспектакли революционного рабочего театра Европы, Азии и Америки. Одним из признаков политической пьесы служит преимущественное внимание не к психологии героев, а к их общественным поступкам.

Буржуазное театроведение считает политическим только такой театр, который находится в оппозиции к господствующему строю. Это неверно. «Женитьба Фигаро» П. Бомарше, кануна Великой французской революции 1789—1799 гг., была в такой же мере политическим произведением, как и «охранительная» русская драма (Н. В. Кукольник) времен Николая I. Советский политический театр начался с такого эпического полотна, как «Мистерия-Буфф» В. В. Маяковского. Произведения, повествовавшие о недавнем героическом прошлом («Шторм» В. Н. Билль-Белоцерковского, «Оптимистическая трагедия» Вс. В. Вишневского), — классические произведения советского политического театра. В наши дни обращение театра к публицистической драматургии М. Ф. Шатрова, И. М. Дворецкого, А. И. Гельмана выявило то обстоятельство, что именно в их пьесах нашло отражение такое политическое революционное явление, как перестройка жизни всего нашего общества.

В капиталистических странах политическим театром оказывается театр, как защищающий антинародный строй, так и выступающий против него слева и справа. В период активизации общественной и политической жизни, особенно при назревании революционной ситуации, такой театр обретает ведущую роль. Так, например, в середине 60-х гг. с нарастанием антивоенного движения в Западной Европе и Америке, особенно среди молодежи, появились новые формы политического театра, премущественно уличного (кукольный театр «Хлеб и куклы» в США и др.). а также политическая драма с острым идейным содержанием (в ФРГ — Петер Вайс, Рольф Хоххут).