КАВКАЗА ЯЗЫКИ

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Многоязычный Кавказ уже давно привлекает к себе пристальное внимание лингвистов. Однако далеко не все представленные на его территории языки принято называть кавказскими: последний термин объединяет только коренные, т. е. не индоевропейские и не тюркские, языки Кавказа. Тем не менее насчитывается примерно 40 кавказских языков. Они распадаются на три группы: абхазско-адыгскую (западнокавказскую), картвельскую (южнокавказскую) и нахско-дагестанскую (восточнокавказскую) (см. схему).

Двенадцать кавказских языков являются письменными: грузинский, абхазский, абазинский, адыгейский, кабардино-черкесский, чеченский, ингушский, аварский, лакский, даргинский, лезгинский, табасаранский. Лишь один из них — грузинский — располагает многовековой .литературной традицией (его наиболее древние памятники восходят к V в. н э ) Установлено, что некогда имел свою письменность один из лезгинских языков дагестанской группы — удинский (см. Агванское письмо). Остальные языки являются младописьменными, так как стабильную письменность они получили только в пореволюционное время, хотя эпизодические опыты письменной фиксации таких языков, как аварский, лакский, даргинский и лезгинский, относятся еще к XIV—XVI вв

Различия между группами кавказских языков очень велики. Так, яркую особенность абхазско-адыгских языков составляет их исключительное богатство согласными звуками при крайней бедности гласных, сложное спряжение глагола при слабой развитости именного склоиеиия. Картвельские языки выделяются высокой насыщенностью текста согласными, наличием категории залога, развитостью сложноподчиненных предложений. Для нахско-даге-станских языков типичны богатые системы согласных, богатейшие в мире падежные системы (насчитывающие иногда более 40 падежей), системы именных классов.

Генетические взаимоотношения отдельных групп кавказских языков до сих пор остаются невыясненными. Одни ученые полагают, что они родственны друг другу, и рассматривают их, следовательно, как единую языковую семью. Другие считают такое родство вероятным, но недоказанным и поэтому говорят о трех разных семьях. Трудности доказательства взаимного родства этих групп связаны с большими различиями входящих в них языков по своему грамматическому строю и особенно в лексике Из-за отставания этимологических исследований, наиболее заметного в области нахско-дагестанских языков, все еще невозможно приступить к поиску закономерных зву-косоответствий в праязыковом материале всех трех групп, которые показали бы объективно их родство. Негативно сказывается в этом плане тот факт, что только грузинский язык располагает здесь многовековой письменной фиксацией. Наконец, кавказоведам далеко не всегда удается отделить исконные факты этих языков от возникших в процессе их контактов.

Что касается внешних генетических связей кавказских языков, то они представляются еще менее определенно. Уже в старой ориенталистике не было недостатка в фантастических гипотезах, увязывавших эти языки со многими языковыми семьями и не выдержавших испытание временем. Из современных гипотез последнего плана, по существу, лишь одна — так называемая эвскаро-кавказская (предполагающая родство кавказских языков с баскским языком Испании) — все еще оперирует, подобно многим старым построениям, всей совокупностью этих языков. Другие гипотезы обычно связывают с внешним миром какую-либо одну из этих групп. Сравним ностратическую гипотезу (см. Праязык), сближающую картвельские языки с несколькими другими семьями Старого Света, а также гипотезы о родстве абхазско-адыгских языков с хеттским языком древней Анатолии и о родстве нахско-дагестанских с хурритско-урартскими языками древней Передней Азии. Слабости этих построений вытекают из того обстоятельства, что они разрабатываются, как правило, не кавказоведами.

Хотя науке известен целый ряд примеров длительного и интенсивного языкового контактирования на Кавказе (сравним, в частности, сильное воздействие грузинского языка на остальные картвельские), результаты межгруппового взаимодействия оказываются весьма скромными. В целом еще более слабым в силу конкретных исторических условий жизни носителей этих языков должно было быть их взаимодействие в отдаленном прошлом. Не удивительно поэтому, что выдвинутое еще в XIX столетии понятие так называемого кавказского языкового союза остается фактически не обоснованным.

На основании сопоставления ряда черт фонетического и грамматического строя картвельских и индоевропейских языков высказано предположение о том, что в древности они могли входить в единый языковой союз.