Бонди Сергей Михайлович (1891–1983)

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Сергей Михайлович Бонди прожил большую жизнь. Будучи студентом, занимался в семинарах профессоров С. А. Венгероба и И. А. Шляпкина. Учился у таких филологов, как И. А. Бодуэн де Куртенэ, А. А. Шахматов, Л. В. Щерба. Работал с М. А. Цявловским, Б. В. Томашевским, Б. М. Эйхенбаумом, Ю. Н. Тыняновым. Был знаком с А. А. Блоком, Ф. К. Сологубом, Андреем Белым, А. А. Ахматовой. Он как бы воплощал в себе непрерывность русской духовной традиции, переносил её в сегодняшний день.

Первые публикации Бонди, посвященные А. С. Пушкину, относятся к 1921 г., однако серьезные занятия творчеством поэта начались еще раньше, в студенческие годы. Студент Петроградского университета Сергей Бонди находит ключ к зашифрованным строфам «Евгения Онегина», над разгадкой которых тщетно бились такие знаменитости в пушкиноведении, как Л. Н. Майков, Н. О. Лернер, В. Я. Брюсов. В 1931 г. Бонди выпускает книгу «Новые страницы Пушкина», где на основе внимательного анализа черновиков поэта предлагает реконструкцию и научно обоснованное чтение ряда неизвестных ранее или публиковавшихся с искажениями произведений Пушкина. Среди них такие лирические жемчужины, как «Все тихо — на Кавказ идет ночная мгла…», «Я возмужал среди печальных бурь…», «Вот Муза, резвая болтунья…» и др.

Затем появляются исследования «Историко-литературные опыты Пушкина» (1934), «Неосуществленное послание Пушкина к «Зеленой лампе» (1935), «Воображаемый разговор Пушкина с Александром I» (1952). В статьях «Спорные вопросы изучения пушкинских текстов» (1932) и «О чтении рукописей Пушкина» (1937) Бонди последовательно и полно излагает текстологическую систему, «удивительную, — как писал Н. В. Измайлов, — по своей стройности, простоте, ясности и всеобщности». Впоследствии эта система легла в основание большого академического издания сочинений Пушкина — издания, составившего эпоху в отечественном пушкиноведении и текстологии.

Сергей Михайлович не раз подчеркивал, что «историко-литературная наука должна давать точные, объективно верные положения, а не более или менее остроумные концепции того или иного талантливого исследователя». Это стремление к совершенной точности литературоведческого анализа наиболее отчетливо обнаружилось в последней книге Бонди «О Пушкине. Статьи и исследования» (1978), книге, довольно полно представившей сферу его исследовательских интересов.

Истины, добытые Сергеем Михайловичем Бонди, легли прочным основанием советской пушкиноведческой науки. Велико и их общеметодологическое значение для литературоведения в целом.