АНАЛОГИЯ В ГРАММАТИКЕ

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

У писателя К. И. Чуковского в книге «От двух до пяти» много ярких примеров того, что в науке о языке называется грамматической аналогией.

Вот спорят две маленькие девочки. Одна дразнит другую: «А я твоего петушка спря-таю». — «А я отыскаю». — «А ты не отыска-ешь». Девочке остается последнее средство защиты. «Тогда я заплакаю», — говорит она.

Почему девочки говорят «спрятаю», «отыскаю» («отыскаешь»), «заплакаю»? Потому что они слышат: играю, читаю, приласкаю, позавтракаю, думаю, сделаю — и по этому образцу спрягают и такие глаголы, как отыскать, заплакать, спрятать.

В изменении тех и других глаголов действительно есть общие черты, которые и уловили девочки, но есть и различие. Все эти глаголы относятся к I спряжению. У всех у них основа инфинитива (неопределенной формы) оканчивается на -а: (чита-ть, приласка-ть, позавтра-ка-ть, спрята-ть, заплака-ть, отыска-ть). Но у одних глаголов это -а- сохраняется и в основе настоящего времени, а у других не сохраняется.

Сравним:

поработать — поработаю

позавтракать — позавтракаю

приласкать — приласкаю

спрятать — спрячу

заплакать — заплачу

отыскать — отыщу

спрятать — спрячу заплакать — заплачу отыскать — отыщу

Кроме того, у глаголов правого столбца меняются (чередуются) согласные в конце корня: г и ч (спрятать и спрячу), к и ч (заплакать и заплачу) ,сккщ (отыскать и отыщу). А у глаголов левого столбца такого чередования нет.

Когда дети, еще не овладевшие всей сложностью грамматики, говорят «спрятаю», «отыс-каю», «заплакаю», они переносят отношения между грамматическими формами одной группы глаголов на другую. Этому способствуют одинаковые признаки инфинитива у той и другой группы глаголов. Но почему дети берут за образец такие глаголы, где -а- сохраняется в основе настоящего времени, а не наоборот? Говорят «спрятаю» (вместо спрячу), но не говорят «порабочу» (вместо поработаю), «по-завтрачу» (вместо позавтракаю), «прилащу» (вместо приласкаю) ? Потому что таких глаголов, как работать, читать, завтракать, ласкать, думать, делать, в языке гораздо больше, чем таких, как прятать, искать, плакать. В этом легко может убедиться каждый, кто попробует продолжить оба списка.

Теперь можно сформулировать в общем виде то, что было показано на одном примере грамматической аналогии в детской речи. Грамматическая аналогия — это перенос отношений между формами одной группы слов на другие слова на основании частичного сходства между ними.

Говорящий как бы решает пропорцию:

а : b = а1 : х, где х = b1.

Например, работать (а): работаю (Ь) — прятать (а1) : х, где х = «прятаю» (b1).

Грамматическая аналогия встречается не только в речи детей. Если кто-то говорит «блага» вместо блага, «средства» вместо средства, то подобные ошибки тоже результат грамматической аналогии. Сравните распределение ударения в формах единственного и множественного числа следующих односложных существительных:

место — места

стадо — стада

дело — дела

Люди, не вполне владеющие нормами литературного языка, подводят под этот образец и формы таких слов, как средство, благо, у которых ударение во всех формах приходится на основу. И здесь возникает пропорция: место — места = средство : х, где х = «средствй». Конечно, слово место (так же как и работать в первой пропорции) выбрано условно. За образец берется отношение между формами целой группы слов с одинаковым соотношением форм. Но если в прежних примерах многочисленная группа слов влияла на малочисленную, то здесь другая картина: у слов с таким распределением ударения, которое служит образцом (место — места), нет количественного преимущества. Что же дает им силу воздействия на другие слова? Такое распределение ударения, как место — места, имеет большую выразительность по сравнению со средство — средства. Ведь в устной речи средство и средства произносятся одинаково. Следовательно, распределение ударений типа место — места выполняет важную грамматическую функцию. Оно противопоставляет формы единственного и множественного числа существительных (см. Ударение, грамматический аспект). Вот почему формы место — места влияют на средство —- средства, а не наоборот. Отсюда не следует, что надо говорить «средства», «блага». Такое произношение идет вразрез с нормами литературного языка, воспринимается как недостаток культуры речи. Мы здесь не «оправдываем» формы средства и подобные, а объясняем, как они могут возникать.

Может создаться впечатление, что грамматическая аналогия—отрицательное явление: источник ошибок, и только. Но так может казаться только с точки зрения норм, действующих в данное время. Однако язык постоянно, хотя и медленно, изменяется. А это значит, что в каждую эпоху кроме основных действующих в это время закономерностей в грамматике сохраняются и следы старых, отживших закономерностей и ростки новых. Происходит постепенная перестройка грамматики, и в этом процессе важная роль принадлежит аналогии.

Примером может служить история склонения существительных. В древнерусском языке были другие типы склонений, чем в современном языке. Например, слова село, дело склонялись не так, как слова слово, тело, чудо: это различие было унаследовано русским языком от очень древней эпохи, когда он еще не выделился как самостоятельный язык (см. Славянские языки). Оснований для такого различия не было уже в самые ранние периоды русского языка (обе группы принадлежат к среднему роду), и оно сохранялось только по традиции. В таких случаях в живой речи неизбежны ошибки по аналогии, если для нее есть условия. Условия эти были. Существительные разного типа склонения имели одинаковую форму в некоторых падежах:

Им. сел-о слов-о

Род. сел-а словес-е

Дат. сел-у словес-и

Вин. сел-о слов-о

Твор. сел-ъмь словес-ьмь

Предл. о сел-ъ о словес-и

Одинаковый род и общие окончания именительного и винительного падежей — вот те черты сходства, которые сделали возможным влияние одного типа склонения на другой. Возникла такая аналогия:

сел-о: сел-а: сел-у и т. д. = слов-о : х1 : х2 и т. д., где х1 = слова, х2 = слову и т. д. Такие «ошибки» были в духе языка, для которого объединение слов по родам было живой закономерностью, а старые типы склонения — данью традиции. Побеждал при этом тип, к которому принадлежало больше слов и который более соответствовал общей закономерности склонения: падежные различия передавать окончаниями, а не вариантами основы.

Сложная цепь грамматических аналогий перестроила систему склонения, усилив в ней влияние рода и сгладив другие различия.

Для грамматической аналогии тем больше простора, чем менее строго охраняются существующие в языке нормы. Поэтому особенно сильно ее действие проявляется в речи детей, еще не овладевших нормами языка, и в диалектах. Менее строго, чем теперь, охранялись нормы литературного языка в прошлом; сейчас всеобщее образование и повышенное внимание к культуре речи сковывают действие аналогии.

Однако и литературные нормы уступают натиску аналогии, если для нее есть достаточно сильный стимул. Об этом свидетельствует хотя бы неуклонное распространение окончания -а в именительном падеже множественного числа на все больший круг существительных. Стало, например, допустимо говорить сектора, трактора, слесаря, хотя еще недавно правильным считалось только тракторы, секторы, слесари.