РЕФОРМЫ РУССКОГО ПИСЬМА (XVIII—XX ВВ.)

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Современный русский алфавит — это видоизмененная кириллица (см. Возникновение письма у славян).

Серьезная первая реформа русской азбуки была проведена Петром I в 1708 (первоначальный вариант) и в 1710 гг. (окончательный вариант). Совершенствуя азбуку, Петр I ввел в состав алфавита букву э, которая фактически уже употреблялась, но не была «законной», и изъял часть дублетных букв. Дублетные буквы (две буквы для обозначения одного и того же звука) были включены в кириллицу для обеспечения правильного произношения греческих звуков в греческих словах, заимствованных славянами, но они были ненужными для передачи звуков славянских языков. Петр I изъял одну из двух букв, обозначавших звук [з], одну из двух букв, обозначавших звук [ф], одну из двух букв, обозначавших звук [о]. В 1708 г. изъял букву ижицу, но в 1710 г. оиа опять вошла в алфавит и дожила до 1917 г.

Часть первоначально исключенных букв Петру I пришлось восстановить, как считают, под нажимом духовенства. Таким образом, даже борьба за рациональный алфавит не была свободной от идеологических влияний.

Не подверглись изменению такие нововведения Петра I, как установление разного начертания прописных и строчных букв (в церковной кириллице они не различались), отмена цифрового значения кириллических букв (введены арабские цифры), отмена обязательности постановки знака ударения в каждом слове, знаков сокращения слов (эти знаки — титлы — ставились над сокращенным словом).

Новый шрифт, введенный Петром I, получил название «гражданский» или «гражданица», так как этим шрифтом печатались книги светские, не церковные.

Реформа Петра I была лишь реформой алфавита, реформой графики, но не орфографии: она не затрагивала правописания слов и морфем. В грамматических пособиях того времени не было еще четких правил орфографии.

Даже в лучших грамматиках XVIII—XIX вв. орфография не была предметом систематического, полного рассмотрения. Этой потребности ответил появившийся в 1873 г. труд академика Я. К. Грота «Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне». Он составил эпоху в истории русского правописания. Это было историко-теоретическое освещение русской орфографической системы. Книга Грота впервые регулировала письмо. Написанное на его основе практическое руководство «Русское правописание» выдержало более 20 изданий. Книги все печатались в соответствии с этим руководством.

Однако «гротовское письмо* было сложным, многие его объяснения представлялись натянутыми и надуманными. Перед Я. К. Гротом и не стояла задача упрощения русского правописания. Актуальной задачей этого времени было описание русской письменной традиции и приведение письма к возможному единообразию. Именно только после обобщающего труда Я. К. Грота и стала очевидной задача упрощения русской орфографии.

В конце XIX — начале XX в. борьба за упрощение русской орфографии ведется в педагогических кругах. В 1904 г. вопросами реформирования и упорядочения орфографии занялась Академия наук — самая высокая научная инстанция. Работу возглавили академики Ф. Ф. Фортунатов и А. А. Шахматов. В орфографической подкомиссии активно работали замечательные ученые И. А. Бодуэн де Куртенэ, Р. Ф. Брандт, В. И. Чернышев.

Уже в мае 1904 г. подкомиссия опубликовала свое предварительное сообщение, предлагавшее проект нового правописания.

Однако проект был встречен в штыки реакционными правительственными кругами и консервативной печатью. Царскому правительству реформа была ненавистна как прогрессивное нововведение. Противников реформы оказалось так много, что ее удалось провести лишь при Советской власти, и народ получил, наконец, упрощенное правописание.

23 декабря 1917 г. Народный комиссариат просвещения издал декрет о введении нового правописания. 10 октября 1918 г. Советом Народных Комиссаров был издан специальный декрет, подтвердивший декрет Народного комиссариата просвещения. Второй декрет был вызван необходимостью расширить сферу применения новой орфографии, утвердить ее во всей советской печати.

Реформа 1917— 1918 гг. была актом первостепенного общественного и культурного значения. Она значительно упростила и осовременила наше письмо.

Так, были устранеиы написания церковнославянских окончаний -аго, -яго у прилагательных, причастий и местоимений (добраго, пятаго, котораго, синяго и т. п.): они были заменены иа -ого, -его (доброго, пятого, которого, синего и т. п.). Было устранено разграничение местоимений одни, они, с одной стороны, и однѣ, онѣ, с другой (первые употреблялись для слов мужского и среднего рода, вторые — для слов женского рода Притом это различие было только письменным- написано онѣ — читали [ан'и], т. е. так же, как они).

Было изменено правило написания приставок на -з, часть из которых — без-, чрез-, через- - писалась всегда с буквой з, а часть — воз-, низ-, из-, раз- - по фонетическому принципу

Все приставки на -з было решено писать только на основе одного принципа. Предпочтение отдали фонетическому принципу: пишем теперь во всех приставках на -з букву з перед последующими звонкими согласными и букву с — перед глухими.

Были упрощены правила переноса.

Изъяты из алфавита буквы ѣ (ять),θ (фита), i (десятеричное). Сравним дореформенные написания с этими буквами: хлѣбъ, лѣсъ, орυография. Отменено употребление буквы ъ в конце слов и частей сложных слов. Сравним дореформенное написание: контръадмиралъ

Знание того, в каких словах нужно писать ѣ, являлось своего рода социальным цензом. Оно, как говорили, отделяло дворян от простолюдинов, образованных от необразованных. За сохранение этой буквы упорно боролись консервативно настроенные круги.

Реформа русского письма 1917—1918 гг. была его глубокой демократизацией. Именно в этом заключалось ее прогрессивное значение.

Она была подготовлена авторитетной академической комиссией. Этот факт положительно оценил Владимир Ильич Ленин. Его слова дошли до нас в изложении наркома просвещения Анатолия Васильевича Луначарского:

«Я, конечно, самым внимательным образом советовался с Владимиром Ильичем Лениным перед тем, как ввести этот алфавит и это правописание. Вот что по этому поводу сказал мне Ленин. Я стараюсь передать его слова возможно точнее. «Если мы сейчас не введем необходимой реформы — это будет очень плохо, ибо и в этом, как и во введении, например, метрической системы и григорианского календаря, мы должны сейчас же признать отмену разных остатков старины... Против академической орфографии, предлагаемой комиссией авторитетных ученых, никто не посмеет сказать ни слова. Поэтому вводите ее (новую орфографию) поскорее...»

Такова была инструкция, которая дана была нам вождем. После этого мы немедленно законодательным путем ввели новый алфавит».