Актуальное членение предложения

Материал из Юнциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Это членение предложения по смыслу на две части, обозначающие предмет речи и то, что о нем говорится. В каждом высказывании устной и письменной речи отражено движение мысли от того, что уже известно, что названо говорящим или находится перед глазами собеседников, к тому, что еще не известно читателям или слушателям. Мысль говорящего отталкивается от известного и переходит к тому, что говорящий хочет об этом известном сказать. Путь от известного к неизвестному представляет универсальное свойство человеческого мышления.

Такая структура мысли отражается в построении речи. В любом высказывании всегда говорится что-то о чем-то. Поэтому предложение в речи содержит две смысловые части: одна из них называет предмет речи, другая — обозначает его признаки, существенные для данного хода мысли. Вторая часть представляет собственно сообщение и потому является главной. Например, в предложении Все звери в зоопарке радостно встречают весну сообщение о предмете речи (все звери в зоопарке) содержится во второй его части: радостно встречают весну. В предложении Приходит весна в наши края поздно главная его часть, собственно сообщаемое — поздно. Если вы слышите пение и спрашиваете Кто это поет?, вам могут ответить: Поет соседский мальчик. Здесь сообщаемое — соседский мальчик. В устной речи известная часть сообщения обычно опускается. Ответная реплика может содержать только сообщаемое: соседский мальчик.

В науке о языке образовалась традиция называть эти две части терминами «психологический (логический) субъект» и «психологический (логический) предикат», или «психологическое подлежащее» и «психологическое сказуемое». Почему они были так названы? Чтобы отличить их от синтаксических подлежащего и сказуемого и в то же время отметить сближающий их признак.

Сближают их аналогичные смысловые отношения. Подлежащее по значению — это главный член предложения, который называет предмет, лицо, действие, качество или указывает на них и отвечает на вопросы Кто? Что?, а сказуемое — второй главный член предложения, обозначающий действие, состояние или другой признак подлежащего и отвечающий на вопросы Что делает? Что делается? Каков? и др.

Но подлежащее и сказуемое кроме этих смысловых признаков обладают определенными формальными признаками: подлежащее — имя существительное или местоимение в именительном падеже (или инфинитив), а сказуемое — глагол в спрягаемой форме, прилагательное или существительное в именительном падеже. Сказуемое согласуется с подлежащим по грамматическим признакам (род, число, падеж). Именно наличием ряда формальных грамматических признаков и отличаются синтаксические подлежащее и сказуемое от психологических подлежащего и сказуемого, которые могут быть выражены любыми членами предложения и целыми группами слов, но могут и совпадать с синтаксическими подлежащим и сказуемым.

По мысли немецкого ученого Г. Пауля, грамматическая категория представляет собой «окаменение» психологической. Это значит, что психологическая, смысловая категория вырабатывает определенные знаки для своего выражения и эти знаки за ней закрепляются. Но в языке всегда возможна асимметрия между значением и его выражением, которая возникает в процессе языковой эволюции. Случай такой асимметрии — несовпадение психологических подлежащего и сказуемого с грамматическими. Если психологическим сказуемым становится не сказуемое, а другой член предложения, то оно отвечает и на другие вопросы: Когда? Где? Как? Кто? и т. д. Во втором примере психологическое сказуемое не совпадает с синтаксическим и отвечает на вопрос Когда? (поздно). В третьем примере психологическим сказуемым является синтаксическое подлежащее, и поэтому оно отвечает на вопрос Кто? (соседский мальчик). В зависимости от того, какой можно поставить к предложению вопрос, определяется главная его часть — психологическое сказуемое, которое на этот вопрос и отвечает.

Смысловая общность между психологическими и грамматическими подлежащим и сказуемым подтверждается тем, что психологическое подлежащее, выраженное не грамматическим подлежащим, а другими членами предложения, может быть преобразовано в именную конструкцию, которая предназначена для называния предмета речи. Стержневым, главным словом именной конструкции являются имя существительное, прилагательное или причастие в значении существительного, а также местоимения тот, то с придаточной частью. Второй пример может быть экспериментально перестроен следующим образом: Приход весны в наши края бывает поздний. Третий пример — Поющий (или: тот, кто поет) — соседский мальчик. Такое преобразование части предложения в именную конструкцию возможно потому, что эта часть по своей функции является наименованием: она называет предмет речи, каким-то образом уже определенный, известный из предшествующего контекста. Функция придаточного предложения при местоимении тот — повторить то, что уже известно, и сделать его исходным пунктом следующего сообщения.

Термины «психологическое подлежащее» и «психологическое сказуемое» долгое время оказывали давление на судьбу понятий, выраженных этими терминами. Ученые считали, что эти понятия относятся не к науке о языке, а к психологии или к логике.

В середине XX в. положение резко изменилось. Решающими оказались идеи чешского ученого В. Матезиуса. Сравнивая чешский и английский языки, В. Матезиус обнаружил, что они заметно различаются способами выражения предмета речи и того, что о нем говорится. В. Матезиус назвал членение предложения на эти две части актуальным членением, в отличие от грамматического членения по традиционным членам предложения. Это членение отражает актуальную позицию говорящего в данном конкретном случае по отношению к содержанию высказывания и по отношению к тем, кому это высказывание предназначено. Говорящий учитывает степень осведомленности читателя или слушателя и в зависимости от этого известную часть высказывания делает его исходным пунктом, основой, а в другой части сообщает то, что он хочет сказать о первой части. Главную часть высказывания Матезиус назвал его ядром. Основа и ядро присутствуют в любом высказывании на любом языке, но языки разного строя различаются способами выражения актуального членения.

По мысли В. Матезиуса, в каждом языке существует своеобразное отношение актуального членения предложения к его синтаксическому членению (по членам предложения), и это отношение является настолько важной характеристикой структуры каждого языка, что оно должно стать частью науки о языке и объектом самого пристального внимания ученых-лингвистов. Так и произошло. Во второй половине XX в. актуальное членение прочно вошло в лингвистику. Возрос интерес ученых к коммуникативной функции языка, т. е. к языку как средству общения. Усилилось внимание к условиям общения и к позиции его участников, к эффективным способам речевого общения в разнообразных его сферах, к правилам организации речи, устной и письменной. В этом направлении науки актуальное членение занимает важное место: оно отражает позицию говорящего по отношению к слушателю или читателю, реализуя путь от известного, определенного предмета речи к тем его признакам, которые в данном контексте для говорящего актуальны.

В современной лингвистике части актуального членения обозначаются терминами тема и рема (предикат).

Изучая структуру речи, ученые обнаружили, что актуальное членение также имеет свои способы выражения, только они отличаются от тех грамматических средств, при помощи которых связываются слова друг с другом в предложении. В русском языке такими способами служат порядок слов и интонация предложения. Эти способы образуют свою систему правил, которые носят более абстрактный, более сложный и в то же время менее жесткий характер, чем правила грамматические. Они предполагают комбинированное взаимодействие языковых средств. Эти правила не в одинаковой степении распространяются на все типы речи (см. Порядок слов в предложении) .

Актуальное членение служит одним из способов связи предложений в тексте. Существует несколько типов тематической прогрессии — так называют соотношение тем в соседних предложениях текста. При последовательном типе связи темой следующего предложения служит рема предыдущего: На месте каждого цветка оказалась завязь. Завязи быстро крупнели, набухали и вскоре стали вполне похожи на маленькие яблочки. При параллельной связи одна и та же тема повторяется в следующих друг за другом предложениях:

Музыка главенствовала. Она таилась за всеми другими предметами, которые мы изучали. Она просвечивала сквозь них пятью линейками нотного стана, нарисованными на классной доске. Она всюду высовывалась наружу: я здесь!.. Она давала понять, музыка, что стоит за всем и надо всем, что она — самое важное в этом мире. Извольте знать! (А. Рекемчук).

Темы соседних предложений в тексте могут быть производными от главной темы. Например, если речь идет о саде, то заданной является любая тема, называющая предмет, который обычно находится в саду (дерево, цветок, птица и др.). Чаще всего встречаются тексты со смешанными формами тематической связи.

Правильные формы тематической прогрессии обязательны в литературном связном тексте. Более свободна последовательность тем в разговорной речи и в художественных текстах. В художественной прозе нарушение правильной тематической прогрессии служит изобразительным приемом. Еще не названное, не известное читателю представляется как уже известное, данное. Таким путем читатель вовлекается в ход событий, как бы становится их непосредственным зрителем и участником. Вот, например, начало рассказа Ю. Нагибина «Ночной гость»: «Он появился поздно вечером, почти ночью. Распахнулась дверь, черный вырез ночи дохнул холодным ветром» и т. д. Или — начало рассказа А. Чехова «Моя жизнь»: «Управляющий сказал мне: держу вас только из уважения к вашему почтенному батюшке...»

В лирической поэзии соблюдение правил тематической прогрессии не обязательно. Структура лирического текста может отражать свободный ход ассоциаций. Отсюда более свободная последовательность тем. Тема предложения не предопределяется жестко предшествующим текстом, она может заключать в себе новое для читателя. В этом особенность лирического жанра. В отличие от строгой, логически последовательной речи, где обязателен переход от известного к неизвестному, эта двучастная структура мысли в лирике не всегда полностью раскрывается. Исходный пункт мысли не называется, речь выражает только новое. Новизна сообщаемого в лирике оказывается предельно сконцентрированной в небольшом по размеру тексте.